Побег шестой. Либретто для дурака с оркестром.

У Вакха вышел димедрол –
Он так играет рок-н-ролл,
Что управляет
залом, как стихией.

Идет «Концерт для дурака»
И музыкальная строка
Равняет нас
то с Бахом, то с Гарсией.

Но доктор делает укол,
И Вакх ложится спать на пол.
Концерт идет.
Играют остальные.

Ударник смотрит свысока,
А гитаристы ждут, пока
Их лидер даст
им снова позывные.

На барабанах – Минотавр,
Среди тарелок и литавр.
Он ждет рассвет
и пишет о надежде.

Гертруда, воя, жжет белье:
Все разом бросили её,
Лишь Фортинбрас
остался с ней, как прежде.

У Вакха вышел димедрол –
Он так играет рок-н-ролл,
Что тает древний
лед на Ганимеде.

В который раз проспав концерт,
Его жена пьет «Контрацепт»
И думает,
как станет первой леди.

Теперь вступил церковный хор,
Он вплел сюда такой узор,
Что Пенелопа
распускает нитки.

Официант играет джаз,
Терзая старый контрабас,
А музыкант
разносит всем напитки.

Все перешли в тональность «соль»,
Зеленоглазая Ассоль
Открыла люк –
она всплыла в Багдаде.

В углу каюты спит гобой,
Матрос, как небо голубой,
Играет блюз
В миксолидийском ладе.

Побег четвертый. Пробуждение в незнакомом месте.

Здесь на стене сидит паук,
Летает феечка.
У ног кровати – тихий стук:
Проснулась фенечка.
Полковник сонно ест стакан –
Не спится бравому.
А мне купили барабан
Как ультраправому.

Наш дворник Вася знаков ждет
Под расписанием.
«Все поезда идут вперед»
Гласит название.
Играет с флейтой дровосек
В гандбол и салочки.
Мы съели прошлогодний снег
(скорей для галочки).

Побег второй. Обзор в эклиптике.

Сморкалось. Лысый муравей
Привычно лез в тупую бездну.
Мы в окруженьи кораблей,
Но море нынче непроездно,

Но океаны несквозны,
А Христофор Колумб гуляет.
Индейцы Мексики грязны.
Веспуччи чешется и лает.

Прекраснодушный Магеллан
Терзал идею кругосвета,
Но где-то раздобыл наган,
Осел в Москве и стал поэтом,

А Галилей убил ядром
Ньютона под Пизанской башней,
И баба бьет теперь ведром
Колхозника на мертвой пашне.

Холодный тангенс бытия
Пространно думает о лете,
О том, как будет плыть швея,
О снах и обо всем на свете.

А черный кафельный лосось
Кричит о древней, ржавой силе;
Слегка распятый паровоз
Играет в нарды в полумиле.

И все, что будет во вчера,
Захочет вновь вернуться в завтра,
Вот только черная дыра
Уже догнала космонавта.