Побег второй. Обзор в эклиптике.

Сморкалось. Лысый муравей
Привычно лез в тупую бездну.
Мы в окруженьи кораблей,
Но море нынче непроездно,

Но океаны несквозны,
А Христофор Колумб гуляет.
Индейцы Мексики грязны.
Веспуччи чешется и лает.

Прекраснодушный Магеллан
Терзал идею кругосвета,
Но где-то раздобыл наган,
Осел в Москве и стал поэтом,

А Галилей убил ядром
Ньютона под Пизанской башней,
И баба бьет теперь ведром
Колхозника на мертвой пашне.

Холодный тангенс бытия
Пространно думает о лете,
О том, как будет плыть швея,
О снах и обо всем на свете.

А черный кафельный лосось
Кричит о древней, ржавой силе;
Слегка распятый паровоз
Играет в нарды в полумиле.

И все, что будет во вчера,
Захочет вновь вернуться в завтра,
Вот только черная дыра
Уже догнала космонавта.